Стихи Александра Ерёмина

Первый колос
первомученику и архидиакону Стефану


В общине первой христианской,
Царили равенство, любовь …
Там спеси не было зазнайской,
Что кто-то – более Христов.
 
Перед Христом все братья были
И меж собою все равны,
Других за ум не возносили
И не взирали на чины.
 
Все были связаны любовью,
Главой имея лишь Христа
И жили все одной юдолью,
Любви являя чудеса.
 
Их всё богатство общим было,
Никто не жил лишь для себя …
Любовь над ними лишь царила,
Христа – Небесного Царя.
 
Там выше была только святость:
Кто больше всех служил Христу
И доставляя братьям радость,
Души созиждил чистоту.
 
И была честь им у народа,
И их община всё росла …
Плод принесла души свобода
И в Духе Церковь расцвела.
 
Но не у всех утихли страсти,
Не каждый смог их усмирить
И зло опять стремилось к власти,
Не по любви уча их жить.
 
Евреи местные кичились,
Богоизбранной чистотой
И к братьям пришлым относились,
Не с откровенной добротой.
 
Им послушания давали,
Что чаще делают рабы
И хуже пищу предлагали …
Не поступая по любви.
 
И между эллинами ропот,
На возносящихся возник …
И нарастающий их рокот,
Слуха апостолов достиг.
 
Тогда общину всю собрали
И мудрых выбрали мужей,
Чтоб за раздачей наблюдали,
Те, что душою всех светлей.
 
И старшим стал архидиакон,
Духовно опытный Стефан.
Ему был каждый одинаков,
Кто Духом Божиим призван.
 
Имел он дар красноречивый,
В Христовой Правде утверждать,
Тех, кто душой своей блудливой,
Не мог Дух Правды отличать.
 
Так раз застал средь жёстких споров,
Евреев разных о Христе
И встав пред их всеобщим взором,
Всё изложил им в простоте.
 
Явил такую мудрость Духа,
Что не посмел кто возражать …
Тогда сплотила их порука,
Его при всех оклеветать.
 
Стефана тут же и пленили,
И ко старейшинам ввели,
И лжесвидетели твердили:
Хулитель он святынь земли.
 
Но благодатью воссияя,
Как ангел он на них воззрел
И кротко веру изъясняя,
От праотцов всё рассмотрел.
 
И видя их жестоковыйность,
Чтоб верить Истине святой,
Возревновал за справедливость
И обличил их облик злой.
 
«Отцы, пророков, ваши гнали,
От помрачения сердец …
А вы и Господа распяли,
Воздав, Мессии, боль и Крест …»
 
И породил словами ярость,
Что пожирала их сердца …
И лишь в них ненависть осталась:
Побить скорее наглеца.
 
И вдруг, узрел отверстым Небо,
Над головой своей Стефан …
И разъярённым то поведал,
Что Сам Христос с Всевышним Там.
 
И тут их злоба не сдержалась,
На благодатные слова
И на него обрушив ярость,
Толпа за город повлекла.
 
Приговорив побить камнями,
Восстал и сам Синедрион,
И палачами стали сами,
В ушах лишь слыша злобы звон.
 
А первомученик молился,
За помрачённые умы,
Прося, чтоб грех им не вменился,
За то, что тьмою пленены.
 
И пал Стефан так бездыханным
И ко Христу душой взошёл,
Побит народом окаянным,
Что Бога в сердце не нашёл.
 
Взошёл так к Небу первый колос,
Той совершеннейшей любви,
Сильней которой слышит голос,
Бог от пределов всей яви.

*     *      *

|

 0